ПолитехЛИБ

С отпусками и каникулами мы пропустили дни рождения, двух,  пожалуй самых известных  французских писателей в Советском Союзе.
29 июня исполнилось 110 лет со дня рождения Антуана де Сент-Экзюпери, а 5 августа – 160 лет со дня рождения Ги де Мопассана.

Один из великих представителей европейского критического реализма XIX века, французский писатель Ги де Мопассан, принадлежит к числу любимых российской читательской аудиторией мастеров художественного слова.
Впервые с ним познакомил русских читателей И. С. Тургенев, оценивший в нем крупнейший талант французской литературы начала 80-х годов. Горячо полюбил Мопассана и Лев Толстой, написавший о нем большую статью. Чехов, Горький, Бунин, Куприн в разной мере и в разных отношениях являлись почитателями французского писателя, высоко ставившими его художественную честность и исключительное мастерство.
Печататься Мопассан начал во 2-й пол. 70-х гг., опубликовав несколько очерков и статей в газетах и журналах («Гюстав Флобер», «Бальзак по его письмам» и др.). Сближение с Золя и молодыми писателями-натуралистами (П. Алексис, А. Сеар, Ж. К. Гюисманс, Л. Энник) привело Мопассана к участию в сборнике рассказов «Меданские вечера» (1880); напечатанная здесь новелла «Пышка» («Boule de suif») явилась убедительным свидетельством зрелого мастерства Мопассана. Лучшая вещь сборника, посвященного реалистическому изображению эпизодов франко-прусской войны, «Пышка» выделялась резкой антибуржуазной направленностью, остротой социального анализа – чертами, характерными для всего творчества Мопассана. С 1880 развернулась продуктивная литературная деятельность Мопассана, он опубликовал в течение 11 лет шесть романов, 17 сборников новелл, 2 книги путевых очерков. Биографы высчитали, что за 1885 год Мопассан написал 1 500 печатных страниц. Этого не удавалось достигнуть ни Бальзаку, ни Диккенсу, ни даже Дюма-отцу. Но тут сосчитаны только страницы художественной прозы и не приняты во внимание те «хроники» – очерки и фельетоны, – которые Мопассан еженедельно печатал в газетах.
Литературный успех Мопассана возрастал от одной книги к другой, В 1882 году он издал сборник новелл «Мадмуазель Фифи»; в 1883 году – сборник «Рассказы вальдшнепа» и роман «Жизнь», высоко оцененный И. С. Тургеневым и Львом Толстым и выдвинувший Мопассана в первый ряд современных французских писателей. В 1884 году выходят сборники «Лунный свет», «Сестры Рондоли», «Мисс Гарриет» и книга «Под солнцем». В 1885 году изданы сборники «Иветта», «Сказки дня и ночи» и «Туан», а одновременно с ними – роман «Милый друг», принесший Мопассану мировую известность.
Прежде чем объединять свои новеллы в книгу, Мопассан печатал их в газетах, обыкновенно в «Жиль Блас» и в «Голуа». Сотрудничество в двух таких несхожих газетах отвечало стремлению писателя не примыкать ни к какому определенному литературно-политическому лагерю. Изредка Мопассан печатался в «Фигаро» и в «Эко де Пари». Имя его появлялось и в журналах, но первая публикация новеллы в журнале была у Мопассана делом редким. Еженедельные журналы обычно перепечатывали его новеллы – после их первой публикации в газете или даже после появления в сборнике.
Искусству Мопассана свойственны строгая внутренняя художественная логика, сжатость, точность и ясность «подлинно французского языка». За внешней простотой его прозы скрыто сложное мастерство сочетания и виртуозного использования литературных и речевых стилей, всего богатства  французского языка. Многие новеллы Мопассана были инсценированы и экранизированы, и так же, как его пьесы, ставились в парижских театрах, на русской сцене.
Об Антуане де Сент-Экзюпери читайте в следующих записях. А взять почитать Мопассана можно в отделе художественной литературы 311ауд. корп.А

Сегодня исполняется 140 лет со дня рождения Александра Ивановича Куприна.
Он родился 26 августа 1870 года в захолустном городке Наровчате Пензенской губернии. Отца своего, умершего от холеры, когда мальчику был всего год, Куприн не помнил. В 1876 году из-за тяжелого материального положения он был отдан в сиротское училище. В 1880 году он сдал вступительные экзамены во Вторую московскую военную гимназию, которая два года спустя была преобразована в кадетский корпус. Осенью 1888 года Куприн поступил в Третье Александровское юнкерское училище в Москве.
Уже в кадетском корпусе родилась настоящая, глубокая любовь будущего писателя к литературе. Сохранилось его несколько очень несовершенных поэтических опытов 1883 -1887 годов. Будучи в юнкерском училище, Куприн впервые выступит в печати. В журнале «Русский сатирический листок» был опубликован рассказ «Последний дебют» .
После окончания училища, подпоручик Куприн отправился в 46-й пехотный Днепровский полк, квартировавший в городишке Проскурове Подольской губернии. Там, в 1893 году молодой подпоручик заканчивает повесть «Впотьмах», рассказы «Лунной ночью» и «Дознание».
В 1894г. Куприн подает прошение об отставке, получает её и к осени оказывается в Киеве. Он много печатается в местных и провинциальных газетах («Киевском слове», «Киевлянине», «Волыни»), пишет рассказы, очерки, заметки. Итогом этой полуписательской, полурепортерской деятельности стали два сборника: очерки «Киевские типы» (1896) и рассказы «Миниатюры» (1897).
Когда в 1896 году, поступив заведующим учетом кузницы и столярной мастерской, Куприн пишет цикл очерков о положении рабочих, то одновременно с ними складываются и контуры первого крупного произведения-повести «Молох». Так начинается стремительный творческий расцвет Куприна, создавшего на стыке двух веков едва ли не все самые значительные свои произведения. Вслед за «Молохом» появляются произведения, выдвинувшие писателя в первые ряды русской литературы. «Прапорщик армейский» (1897), «Олеся» (1898) и затем, уже в начале XX столетия, – «В цирке» (1901), «Конокрады» (1903), «Белый пудель» (1903) и повесть «Поединок» (1905).
В 1909 году писатель получил за три тома художественной прозы академическую Пушкинскую премию, поделив её с И. А. Буниным.
После Октябрьской революции писатель не принял политику военного коммунизма, «красный террор», он испытал страх за судьбу русской культуры. Осенью 1919, находясь в Гатчине, отрезанной от Петрограда войсками Юденича, эмигрировал за границу. Семнадцать лет, которые писатель провел в Париже, были малоплодотворным периодом.
Постоянная материальная нужда, тоска по родине привели его к решению вернуться в Россию. Весной 1937 тяжело больной Куприн вернулся на родину, тепло встреченный своими почитателями. Опубликовал очерк «Москва родная». Однако новым творческим планам не суждено было осуществиться. Умер в ночь на 25 августа 1938 года после тяжёлой болезни. Похоронен в Ленинграде, на Литераторских мостках, рядом с могилой Тургенева.
Рассказ «Белый пудель» и повести «Олеся», «Гранатовый браслет», «Поединок» входят в Российскую обязательную школьную программу. Его книги переведены и издаются во многих странах мира. Шестнадцать из его произведений были экранизированы. Мировую славу получил фильм «Колдунья» по повести «Олеся», с Мариной Влади в главной роли.

Произведения Куприна и книги о нем, Вы можете взять почитать, в Отделе художественной литературы (311ауд. корп.А)

Сегодня исполняется 100 лет со дня рождения Александра Трифоновича Твардовского - советского писателя, поэта, главного редактора журнала «Новый мир». Лауреата трёх Сталинских, Ленинской  и Государственной премии СССР.

Впервые имя Твардовского увидело свет 15 февраля 1925 года. В газете «Смоленская деревня» была опубликована его заметка «Как происходят перевыборы кооперативов». 19 июля эта же газета напечатала его первое стихотворение «Новая изба». В последующие месяцы появилось еще несколько заметок, корреспонденции, стихов Твардовского в различных газетах Смоленска. В апреле 1927 года смоленская газета «Юный товарищ» помещает заметку об Александре Твардовском вместе с подборкой его стихов и фотографией – все это объединено общим заголовком «Творческий путь Александра Твардовского». А было Александру 17 лет.  Летом 1929 года, поэт осмелился послать свои стихи в Москву, в редакцию журнала «Октябрь». И – о счастье! Михаил Светлов напечатал стихи девятнадцатилетнего Твардовского. После этого события смоленские горизонты стали казаться ему слишком узкими, и он устремился в столицу. » Меня изредка печатали, кто-то одобрял мои опыты, поддерживая ребяческие надежды, но зарабатывал я ненамного больше, чем в Смоленске, и жил по углам, койкам, слонялся по редакциям, и меня всё заметнее относило куда-то в сторону от прямого и трудного пути настоящей учебы, настоящей жизни. Зимой тридцатого года я вернулся в Смоленск…», – так с предельным лаконизмом рассказал поэт о своем пребывании в Москве многие годы спустя.  Начиная с 1929 года Твардовский стал писать по-новому, добиваясь предельной прозаичности стиха. Ему, как он впоследствии рассказывал, хотелось писать «естественно, просто», и он изгонял «всякий лиризм, проявление чувства».
Впоследствии Твардовский понял, что это ошибочный путь, ибо то, что он ставил превыше всего – сюжетность, повествовательность стиха, конкретность, – выражалось у него на практике, как признал он в 1933 году, «в насыщении стихов прозаизмами, «разговорными интонациями» до того, что они переставали звучать как стихи и все в общем сливалось в серость, безобразность… в дальнейшем эти перегибы доходи подчас до абсолютной антихудожественности» Долгий и трудный путь поисков пришлось пройти поэту, прежде чем он окончательно разуверился в жизненности полупрозаического стиха. Целое десятилетие бился он, как когда-то Некрасов, над решением мучительной задачи – «найти себя в себе самом».
Первое утро Великой Отечественной войны застало Твардовского в Подмосковье, в деревне Грязи Звенигородского района, в самом начале отпуска. Вечером того же дни он был в Москве, а сутки спустя – направлен в штаб Юго-Западного фронта, где ему предстояло работать во фронтовой газете «Красная Армия». В середине 1942 года Твардовский был перемещен с Юго-Западного фронта на Западный, и теперь до самого конца войны его родным домом стала редакция фронтовой газеты «Красноармейская правда». Стала она родным домом и легендарного Тёркина.
В 1940 году, по окончании вооруженного конфликта с Финляндией, имя Теркина едва ли было известно многим за пределами Ленинграда и Карельского перешейка, да и сами авторы фельетонных куплетов о нем смотрели на свое детище несколько свысока, снисходительно, как на нечто несерьезное. «Мы по справедливости не считали это литературой», – заметил впоследствии Твардовский. Но если его соавторы по «финскому» «Теркину», как только кончились бои на перешейке, были уже одержимы иными замыслами, то Твардовский постоянно думал о том, что теперь, в мирное время, он должен написать о минувшей войне что-то крупное и серьезное. Его воображению уже рисовались отдельные эпизоды, из которых сложится путь его героя, но сам герой оставался еще неясным. И вдруг 20 апреля 1940 года он записывает. «Вчера вечером или сегодня утром герой нашелся, и сейчас я вижу, что только он мне и нужен, именно он, Вася Теркин! Он подобен фольклорному образу. Он – дело проверенное. Необходимо только поднять его, поднять незаметно, по существу, а по форме почти то же, что он был на страниц «На страже Родины». Нет, и по форме, вероятно, будет не то. А как необходима его веселость, его удачливость, энергия и неунывающая душа для преодоления сурового материала этой войны! И как много он может вобрать в себя из того, чего нужно коснуться! Это будет веселая армейская шутка, но вместе с тем в ней будет и лиризм. Вот когда Вася ползет, раненный, на пункт и дела его плохи, а он не поддается – это все должно быть поистине трогательно… Вася Теркин из деревни, но уже работал где-то в городе или на новостройке. Весельчак, острослов и балагур. Теркин – участник освободительного похода в Западную Белоруссию, про который он к месту вспоминает и хорошо рассказывает. Очень умелый и находчивый человек… В нем сочетается самая простодушная уставная дидактика с вольностью и ухарством. В мирное время у него, может, и не обходилось без взысканий, хотя он и тут ловок и подкупающе находчив. В нем – пафос пехоты, войска, самого близкого к земле, к холоду, к огню и смерти. Соврать он может, но не только не преувеличит своих подвигов, а, наоборот, неизменно представляет их в смешном, случайном, настоящем виде«. Единство образов поэта и его героя особенно наглядно проявляется в их языке, т.е. в языке и стиле поэмы». Теркин не «лирический герой» в том специальном смысле, в котором часто применяется этот термин, не авторская тень, не переодетый в шинель рядового бойца писатель Твардовский… Но автор так сблизился с ним и его товарищами, так вошел в их воинскую судьбу… что может с абсолютной подлинностью и совершенной внутренней свободой выражать их мысли и чувства. Говоря об Александре Трифоновиче Твардовском как реальной личности, следует признать, что в некоторых чертах Теркин и его создатель «сходны меж собою». Подобно Твардовскому, Теркин не любил людей спесивых», был, как и автор, рассудителен и справедлив, не давал себя в обиду, но вовсе не был задирист; так же, как и его создатель, Теркин «щедрым сердцем наделен», т.е. повышенной совестливостью, которая в конечном счете есть не что иное, как высокое чувство гражданского долга. Участник трех войн, известный военачальник генерал армии А. В. Горбатов сказал о Теркине: «В его дисциплине есть свобода, инициатива, он смело принимает свои решения». Теркин прошел трудный путь – не только по дорогам войны, но и внутренний путь развития. Беззаботный с виду весельчак, балагур и остряк в первых главах, к концу войны он уже умудрен громадным житейским и военным опытом, от которого вовсе не растерял своего природного оптимизма, но познал истинную цену многого. О типичности Теркина писали десятки людей, делая из строк «парень в этом роде в каждой роте есть всегда, да и в каждом взводе» вывод, что это образ собирательный, обобщенный, что в нем не следует искать каких-то индивидуальных качеств, настолько все типично для советского солдата, значит, это вообще не личность, а некий символ всей Советской Армии.
Всю свою жизнь А. Т. Твардовский, как на боевом посту, – в самой гуще событий, литературных и иных страстей. Перечитывая стихи, статьи и письма хотя бы одного лишь последнего десятилетия его жизни, диву даешься, когда успевал этот пожилой уже человек столько писать, ездить по стране и за рубеж и отдавать уйму времени редактированию «Нового мира». Поистине «жизнь его не обделила» ни талантом, ни энергией. Почти до 60 лет он сохранил не только душевную молодость, но и свойственную молодости беспечность по отношению к своему здоровью. Истинным отдыхом и наслаждением для Твардовского было на неделю-другую забраться в какую-нибудь глухомань, побыть в таких деревнях, где во многом еще сохранились старинные обычаи. Отстаивая советскую литературу от проникновения в нее бездарных и претенциозных авторов, Твардовский даже при самых резких и беспощадных отказах старался сделать это так, чтобы не обидеть и не унизить человека. Цельная личность поэта, мудрого и граждански зрелого, беспощадного к себе, гневного и неукротимого, нежного и усталого, встает за каждым маленьким шедевром поздней его лирики. Все стихи последнего десятилетия свидетельство того, что Твардовский-лирик поднялся до сам вершин поэзии.
У Твардовского в последнее десятилетие его жизни было много дел и забот. Ему надо было успеть многое: завершить «Теркина на том свете», и написать новую поэму, и с предельной ясностью изложить свои мысли о том, что стало делом всей его жизни, – о поэзии. Едва ли не самое важное из всех касающихся этой темы стихотворений – «Слово о словах» (1962).
Как неоднократно отмечено критиками, Твардовский первый из поэтов затронул тему ответственности живых перед павшими, той высокой ответственности, без которой жизнь вообще теряет свой смысл, ибо каково человеку переносить все невзгоды бытия, если знать, что потомки никак не оценят сделанное им и его поколением и не только предадут их забвению, но могут даже растоптать все их завоевания, как это, увы, не раз бывало за многовековую историю человечества… Нет, погибающий должен хотя бы за мгновение до смерти увидеть, пусть мысленно, тех, «кто из рук наших знамя подхватил на бегу», как выразился поэт еще в 1946 году («Я убит подо Ржевом»). Чем лучше становилась жизнь, тем все острее чувствовал поэт необходимость напоминать о тех, кто заплатил за это своей кровью. Знаменательные даты и события нередко служили Твардовскому поводом для того, чтобы лишний раз заставить читателя вспомнить о тех, кто погиб, отстаивая будущее своего, народа.
Опубликование и завершение «Тёркина на том свете» придало Твардовскому новые силы. Твардовский поднялся на такую вершину поэзии, что выше подняться уже невозможно. А он – сумел. И эта последняя, высочайшая его вершина – его лирика последних лет. Самое последнее стихотворение Твардовского из опубликованных при жизни – «К обидам горьким собственной персоны» - датировано 1968 годом. В одном из самых последних, написанном уже на шестидесятом году жизни и опубликованном посмертно, Твардовский спокойно прощался с жизнью:
Что нужно, чтобы жить с умом ?
Понять свою планиду:
Найти себя в себе самом
И не терять из виду.
И труд свой пристально любя, -
Он всех основ основа, -
Сурово спрашивать с себя,
С других не столь сурово.
Хоть про сейчас, хоть про запас,
Но делать так работу,
Чтоб жить да жить,
Но каждый час
Готовым быть к отлёту.
И не терзаться – ах да ох -
Что, близкий или дальний, -
Он всё равно тебя врасплох
Застигнет, час летальный.
Аминь! Спокойно ставь печать,
Той вопреки оглядке:
Уж если в ней одной печаль, -
Так, значит, всё в порядке.
Умер писатель 18 декабря 1971 года в дачном посёлке Красная Пахра Московской области. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.
Взять почитать книги Твардовского можно в отделе художественной литературы 311ауд. корп.А

Сегодня исполняется 70 лет со дня рождения Иосифа Бродского, поэта, переводчика, критика, эссеиста, драматурга, лауреата Нобелевской премии по литературе 1987 года.

«Просодия — это изменение структуры времени внутри языка».

Иосиф Бродский родился 24 мая 1940 года в Ленинграде. Раннее детство Иосифа пришлось на годы войны, блокады, затем — послевоенной бедности и тесноты, прошло без отца. В 1942 году после блокадной зимы Мария Моисеевна с Иосифом уехала в эвакуацию в Череповец, вернулись в Ленинград в 1944 году.
Эстетические взгляды Бродского формировались в Ленинграде сороковых и пятидесятых. Неоклассическая архитектура, сильно пострадавшая во время бомбёжек, бесконечные перспективы петербургских окраин, вода, множественность отражений, — мотивы, связанные с этими впечатлениями его детства и юношества, неизменно присутствуют в его творчестве.
В 1955 году, в неполные шестнадцать лет, закончив семь классов и начав восьмой, Бродский бросил школу и поступил учеником фрезеровщика на завод «Арсенал». Это решение было связано как с проблемами в школе, так и с желанием Бродского финансово поддержать семью. Безуспешно пытался поступить в школу подводников. В 16 лет загорелся идеей стать врачом, месяц работал помощником прозектора в морге при областной больнице, анатомировал трупы, но в конце концов отказался от медицинской карьеры. Кроме того, в течение пяти лет после ухода из школы Бродский работал истопником в котельной, матросом на маяке, рабочим в пяти геологических экспедициях. В то же время он очень много, но хаотично читал — в первую очередь поэзию, философскую и религиозную литературу, начал изучать английский и польский языки.
14 февраля 1960 года состоялось его первое крупное публичное выступление на «турнире поэтов» в ленинградском Дворце культуры. Чтение стихотворения «Еврейское кладбище» вызвало скандал.
По собственным словам, Бродский начал писать стихи в восемнадцать лет, однако существует несколько стихотворений, датированных 1956—1957 годами. Одним из решающих толчков стало знакомство с поэзией Бориса Слуцкого. «Пилигримы», «Памятник Пушкину», «Рождественский романс» — наиболее известные из ранних стихов Бродского. Для многих из них характерна ярко выраженная музыкальность, так, в стихотворениях «От окраины к центру» и «Я — сын предместья, сын предместья, сын предместья…» можно увидеть ритмические элементы джазовых импровизаций. Цветаева и Баратынский, а несколькими годами позже — Мандельштам, оказали, по словам самого Бродского, определяющее влияние на него. Позднее Бродский называл величайшими поэтами Одена и Цветаеву, за ними следовали Кавафис и Фрост, замыкали личный канон поэта Рильке, Пастернак, Мандельштам и Ахматова.
29 ноября 1963 года в газете «Вечерний Ленинград» появилась статья «Окололитературный трутень». В статье Бродский клеймился за «паразитический образ жизни». Из стихотворных цитат, приписываемых авторами Бродскому, две взяты из стихов Бобышева, а третья, из поэмы Бродского «Шествие», представляла собой окончания шести строк, от которых отрезаны первые половинки. Ещё одно стихотворение было исковеркано авторами фельетона следующим образом: первая строчка «Люби проездом родину друзей» и последняя «Жалей проездом родину чужую» были объединены в одну, «люблю я родину чужую». Было очевидно, что статья является сигналом к преследованиям и, возможно, аресту Бродского.
8 января 1964 года «Вечерний Ленинград» опубликовал подборку писем читателей с требованиями наказать «тунеядца Бродского». 13 февраля 1964 года Бродского арестовали по обвинению в тунеядстве. 14 февраля у него случился в камере первый сердечный приступ. С этого времени Бродский постоянно страдал стенокардией, которая всегда напоминала ему о возможной близкой смерти. Во многом отсюда «Здравствуй, мое старение!» в 33 года и «Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной» в 40 — со своим диагнозом поэт действительно не был уверен, что доживёт до этого дня рождения.
Два заседания суда над Бродским  были законспектированы Фридой Вигдоровой и составили содержание распространявшейся в самиздате «Белой книги».
Судья: Ваш трудовой стаж?
Бродский: Примерно…
Судья: Нас не интересует «примерно»!
Бродский: Пять лет.
Судья: Где вы работали?
Бродский: На заводе. В геологических партиях…
Судья: Сколько вы работали на заводе?
Бродский: Год.
Судья: Кем?
Бродский: Фрезеровщиком.
Судья: А вообще какая ваша специальность?
Бродский: Поэт, поэт-переводчик.
Судья: А кто это признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам?
Бродский: Никто. (Без вызова). А кто причислил меня к роду человеческому?
Судья: А вы учились этому?
Бродский: Чему?
Судья: Чтобы быть поэтом? Не пытались кончить вуз, где готовят… где учат…
Бродский: Я не думал… я не думал, что это даётся образованием.
Судья: А чем же?
Бродский: Я думаю, это… (растерянно)… от Бога…
Судья: У вас есть ходатайства к суду?
Бродский: Я хотел бы знать: за что меня арестовали?
Судья: Это вопрос, а не ходатайство.
Бродский: Тогда у меня нет ходатайства.
Все свидетели обвинения начинали свои показания со слов: «Я с Бродским лично не знаком…». На втором заседании суда Бродский был приговорён к максимально возможному по указу о «тунеядстве» наказанию — пяти годам принудительного труда в отдалённой местности. Он был сослан в Коношский район Архангельской области и поселился в деревне Норенская. В интервью Волкову Бродский назвал это время самым счастливым в своей жизни. В ссылке Бродский изучал английскую поэзию, в том числе творчество Уистена Одена.
«Я помню, как сидел в маленькой избе, глядя через квадратное, размером с иллюминатор, окно на мокрую, топкую дорогу с бродящими по ней курами, наполовину веря тому, что я только что прочёл… Я просто отказывался верить, что ещё в 1939 году английский поэт сказал: «Время… боготворит язык», а мир остался прежним»
«Поклониться тени»
Суд над поэтом стал одним из факторов, приведших к возникновению правозащитного движения в СССР и к усилению внимания за рубежом к ситуации с правами человека в СССР. В конце 1964 года письма в защиту Бродского были отправлены Д. Д. Шостаковичем, С. Я. Маршаком, К. И. Чуковским, К. Г. Паустовским, А. Т. Твардовским, Ю. П. Германом. По прошествии полутора лет наказание было отменено под давлением мировой общественности.
12 мая 1972 года Бродского вызвали в ОВИР и поставили перед выбором: эмиграция или «горячие денёчки», то есть тюрьмы и психбольницы.  Выбрав эмиграцию, поэт пытался максимально оттянуть день отъезда, но  власти СССР хотели отправить его за рубеж как можно быстрее.
4 июня Бродский вылетел из Ленинграда в Вену. Через месяц после этого начал работать в должности приглашённого профессора на кафедре славистики Мичиганского университета в г. Энн-Арбор: преподавал историю русской литературы, русской поэзии XX века, теорию стиха. В 1981 году переехал в Нью-Йорк. Не окончивший даже школы Бродский работал в общей сложности в шести американских и британских университетах, в том числе в Колумбийском и в Нью-Йоркском. Продолжая писать на английском языке,  получил широкое признание в научных и литературных кругах США и Великобритании, удостоен Ордена Почётного легиона во Франции. Занимался литературными переводами на русский  и на английский.
В 1986 году написанный по-английски сборник эссе Бродского «Less Than One» («Меньше единицы») был признан лучшей литературно-критической книгой года в США. В 1987 году Бродский стал лауреатом Нобелевской премии по литературе, которая была присуждена ему за «всеобъемлющее творчество, насыщенное чистотой мысли и яркостью поэзии». В Стокгольме на вопрос интервьюера, считает ли он себя русским или американцем, Бродский ответил: «Я еврей, русский поэт и английский эссеист».  Бродский являлся также лауреатом стипендии Макартура, Национальной книжной премии и был избран Библиотекой Конгресса поэтом-лауреатом США.
Родители Бродского двенадцать раз подавали заявление с просьбой разрешить им повидать сына, но даже после того, как Бродский перенёс операцию на открытом сердце в 1978 году и из клиники было написано официальное письмо с просьбой позволить родителям приехать в США для ухода за больным сыном, им было отказано. Мать Бродского умерла в 1983 году, немногим более года спустя умер отец. Оба раза Бродскому не позволили приехать на похороны. В 1986 году было написано «Представление». Родителям посвящены «Мысль о тебе удаляется, как разжалованная прислуга…» (1985), «Памяти отца: Австралия» (1989), эссе «Полторы комнаты» (1985).
С началом Перестройки в СССР стали публиковаться стихи Бродского, литературоведческие и журналистские статьи о поэте. В 1990-х годах начали выходить книги. В 1995 году Бродскому было присвоено звание Почётного гражданина Санкт-Петербурга. Последовали приглашения вернуться на родину. Бродский откладывал приезд: его смущала публичность такого события, чествования, внимание прессы, которыми бы сопровождался его визит. Одним из последних аргументов было: «Лучшая часть меня уже там — мои стихи». Мотив возвращения и невозвращения присутствует в его стихах 1990-х годов, в частности, в стихотворениях «Письмо в оазис» (1991), «Итака» (1993), «Мы жили в городе цвета окаменевшей водки…» (1994), причем в последних двух — так, как будто возвращение действительно случилось.
Бродский умер от инфарктa в ночь на 28 января 1996 года в Нью-Йорке. Похоронен в одном из любимейших городов — Венеции — на кладбище острова Сан-Микеле.
В 2004 году близкий друг Бродского, лауреат Нобелевской премии поэт Дерек Уолкотт написал поэму «The Prodigal», в которой многократно упоминается Бродский. В ноябре 2005 года во дворе филологического факультета Санкт-Петербургского университета по проекту Константина Симуна был установлен первый в России памятник Иосифу Бродскому.

Взять почитать стихи Иосифа Бродского можно в отделе художественной литературы (311 ауд. корп. А)

Из материалов Википедии

Читать дальше…

Завтра, 15 мая, исполняется 745 лет со дня рождения Алигьери Данте, итальянского поэта.

«…Дело не в теологии и не в мифологии Данте. Дело в том, что ни одна книга не вызывает таких эстетических эмоций. А в книгах я ищу эмоции.
«Комедия» — книга, которую все должны читать. Отстраняя лучший дар, который может нам предложить литература, мы предаемся странному аскетизму. Зачем лишать себя счастья читать «Комедию»? Притом, это чтение нетрудное. Трудно то, что за чтением: мнения, споры; но сама по себе книга кристально ясна. И главный герой, Данте, возможно, самый живой в литературе, а есть еще и другие…»
Х.Л. Борхес

Данте Алигьери был поэтом, литературоведом, одним из основателей литературного итальянского языка, богословом и политическим деятелем. Он вошел в историю мировой литературы как автор монументального эпического труда – «La divina commedia» («Божественная комедия»), отразившего взгляд с точки зрения христианской морали на бренную и короткую человеческую жизнь.
Все, что известно о жизни Данте, известно с его слов. Он родился  во Флоренции и всю жизнь оставался предан своему родному городу. Мало известно о семье Данте – в «Божественной комедии» не упоминается ни об отце, ни о матери, ни о братьях или сестрах. Вероятно, его мать, которую звали Белла, умерла достаточно рано. После её смерти отец женился на Лапе ди Кьяриссимо Кьялуффи, и в этом браке родились сын Франческо и дочь Гаэтана. Около 1283 года умер и отец Данте, оставив детям скромное, но очень уютное имение во Флоренции и загородный домик.
Жизнь Данте была поставлена в зависимость от затяжного конфликта императора и Папы. Огромную роль во Флоренции в то время играл бывший изгнанник Брунетто Латини, друг и учитель Данте.  Именно Латини более всего повлиял на раннее развитие Данте, воспитал в нем чувство прекрасного.
Данте был удивительно уверенным в себе человеком. В возрасте 18 лет он говорил, что умеет в совершенстве писать стихи и что этим «ремеслом» он овладел самостоятельно.
В 1274 год девятилетний мальчик залюбовался на майском празднике девочкой восьми лет, дочерью соседа, Беатриче Портинари — это его первое автобиографическое воспоминание. Он и прежде видел её, но впечатление от этой встречи обновилось в нём, когда девять лет спустя (в 1283 году) он увидел её снова уже замужней женщиной и на этот раз увлёкся ею. Беатриче становится на всю жизнь «владычицей его помыслов», прекрасным символом того нравственно поднимающего чувства, которое он продолжал лелеять в её образе, когда Беатриче уже умерла в 25лет, а сам он вступил в один из тех деловых браков, браков по политическому расчёту, какие в то время были приняты. В поэме «Vita Nuova» («Новая жизнь») воспел первую юношескую любовь. Данте и Беатриче стали таким же символом любовной пары, как Петрарка и Лаура, Тристан и Изольда, Ромео и Джульетта.
Смерть любимой Беатриче положило начало философским размышлениям Данте о жизни и смерти.Новой музой Данте стала Философия, она заняла все его мысли. Данте стал посещать религиозную школу во Флоренции.
В 1295 году Данте вошел в гильдию, членство в которой открывало дорогу в политику. Это как раз было время обострения борьбы между императором и Папой, так что город был снова разделен на две противоборствующие группировки – «черные» во главе с Корсо Донати и «белые», к которым принадлежал Данте. Данте становился все большим противником Папы, участвовал в антипапских коалициях. К тому времени «черные» активировали свою деятельность. Данте несколько раз вызывали в городской совет, однако он отказывался идти, так что 10 марта 1302 Данте и ещё 14 «белых» были заочно приговорены к смертной казни. Чтобы спастись, ему пришлось покинуть родной город. Сначала он принимал непосредственное участие в подготовке военного реванша. Но тщетно. Наступило разочарование в политике, и Данте возвратился к литературе – продолжил создание «Convivio». В годы изгнания он начал писать и труд своей жизни – «Божественную комедию».
В этом великом произведении Данте ставил перед собой великую цель: реально помочь людям справиться со страхом смерти. Эта задача была в то время чрезвычайно актуальной: в душе средневекового человека, разрываемой ужасом перед адскими муками, мешались заповеди античных и христианских богов. Данте не советовал, вслед за Эпикуром, забыть о грядущей смерти и не утверждал, как философы эпохи Просвещения, что ад выдумали церковники, – он верил в реальное существование ада и в то, что смелость, честь и любовь помогут человеку выйти из него невредимым. «Божественная комедия» начинается с того, что автор, потрясенный смертью Беатриче, пытается излить горе в стихах, чтобы хотя бы в них спасти и сохранить чистый образ любимой. Но неожиданно понимает, что это она, блаженная и невинная, неподвластна смерти и может спасти его самого от гибели. И Беатриче с помощью Вергилия проводит живого Данте, а вместе с ним и читателей, через все ужасы ада. На вратах ада начертано «Оставьте всякую надежду», но Вергилий советует Данте оставить всякий страх, ибо только с открытыми глазами человек может постичь корни зла. По Данте, в ад душа человека может попасть и при жизни, ибо это не место, а состояние, в которое впадает тот, кто оказывается во власти греха. Даже если это грех ненависти – жертва и палач будут низвергнуты в ад вместе, и пока жертва будет ненавидеть своего мучителя, она не сумеет вырваться из ада.
Божественная Комедия охватывала всю жизнь и общие вопросы знания и давала на них ответы: это — поэтическая энциклопедии средневекового миросозерцания. На этом пьедестале вырос образ самого поэта, рано окружённый легендой, в таинственном свете его Комедии, которую сам он назвал священной поэмой, имея в виду её цели и задачи. Боккаччо открывает ряд его публичных истолкователей. С тех пор его продолжают читать и объяснять. Вне Италии этот интерес совпадал с идеалистическими течениями общества, но отвечал и целям школьной эрудиции, и субъективной критики, видевшей в Комедии все, что ей угодно. Новейшее толкование обещает повернуть на единственно возможный путь, с любовью обращаясь к близким к Данте по времени комментаторам, жившим в полосе его миросозерцания или усвоившим его. Там, где Данте — поэт, он доступен каждому; но поэт смешан в нём с мыслителем, а он требует прежде всего суда себе равных, если мы хотим выделить из дебрей схоластики и аллегории, из-под «покрова загадочных стихов» скрытое в них поэтическое содержание.

Взять почитать о Данте можно:
Данте. Дефо. Г.-Х.Андерсен. Ренан. Ибсен : биографические повествования, 1996  (ОЧЗ)
Вейфер Р. Данте : Роман, 1998(АХЛ)
Божественную комедию и другие произведения Данте можно взять в отделе художественной литературы(311ауд. корп. А)

225 лет исполняется в этом году одной из любимых детских книг «Приключения барона Мюнхаузена» Рудольфа Эриха Распе.

Литературный образ Мюнхгаузена был неоднократно воплощен уже в конце XVIII и начале XIX века. Отчасти рассказы самого Карла Мюнхгаузена, а отчасти приписываемые ему баснословные приключения, позаимствованные из «Facetien» Бебеля, «Delicia academica» Ланге и т. д., послужили к созданию цикла Мюнхгаузиад. Как указывают, впервые рассказы Мюнхгаузена и приписываемые ему были опубликованы в «Путеводителе для весельчаков» в 1781 и 1783 гг. В 1785 Рудольф Распе анонимно издает в Лондоне на английском языке «Рассказы барона Мюнхгаузена о его изумительных путешествиях и кампаниях в России», составленную на основе историй «Путеводителя», с добавлением множества других, в том числе, в угоду вкусам «нации мореплавателей», выдуманных Распе «морских» приключений. Год спустя в Геттингене появился немецкий перевод этого сборника с некоторыми дополнениями «Удивительные путешествия на воде и на суше, походы и весёлые приключения барона Мюнхгаузена, как он сам их за бутылкой вина имеет обыкновение рассказывать», автором которого был Готфрид Август Бюргер. Эта книга имела громадный успех в Германии; именно она завершила оформление образа Мюнхгаузена как литературного персонажа. Известна также книга «Продолжение приключений Мюнхгаузена» Генриха Шнорра (1794—1800) (эта книга вызвала особую ярость Мюнхгаузена из-за массы реальных бытовых подробностей, касающихся его жизни). Еще одним известным вариантом книги о Мюнхгаузене стало сочинение Карла Леберехта Иммерманна (1839).
Первый перевод (точнее вольный пересказ) книги о Мюнхгаузене на русский язык принадлежит перу Н. П. Осипова и вышел в 1791 г. под заглавием: «Не любо — не слушай, а лгать не мешай». В русскую массовую культуру образ Мюнхгаузена проник благодаря детскому пересказу, принадлежащему Корнею Чуковскому, который, очевидно для удобства русских детей, упростил фамилию в «Мюнхаузен». В 1990 году появился фантастический рассказ Е.Вишнева «Стадо Звёздных Драконов», где главный персонаж – потомок барона Мюнхгаузена.
Историческая справка:
Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен (нем. Karl Friedrich Hieronymus Freiherr von Münchhausen, 11 мая 1720, Боденвердер — 22 февраля 1797 там же) — немецкий барон, потомок древнего нижнесаксонского рода Мюнхгаузенов, ротмистр русской службы, историческое лицо и литературный персонаж.
С 1752 г.  Мюнхгаузен живет в Боденвердере, общаясь по преимушеству с соседями, которым рассказывает поразительные истории о своих охотничьих похождениях и приключениях в России. Такие рассказы обычно проходили в охотничьем павильоне, построенном Мюнхгаузеном и увешанном головами диких зверей и известном как «павильон лжи»; другим излюбленным местом для рассказов Мюнхгаузена был трактир гостиницы «Король Пруссии» в соседнем Геттингене. Один из слушателей Мюнхгаузена так описывал его рассказы:
Обычно он начинал рассказывать после ужина, закурив свою огромную пенковую трубку с коротким мундштуком и поставив перед собой дымящийся стакан пунша… Он жестикулировал все выразительнее, крутил на голове свой маленький щегольской паричок, лицо его все более оживлялось и краснело, и он, обычно очень правдивый человек, в эти минуты замечательно разыгрывал свои фантазии…
Рассказы барона (такие безусловно ему принадлежащие сюжеты, как въезд в Петербург на волке, запряженном в сани, конь, разрезанный пополам в Очакове, конь на колокольне, взбесившиеся шубы или вишневое дерево, выросшее на голове у оленя) широко расходились по окрестностям и даже проникли в печать, но с сохранением пристойной анонимности. Впервые три сюжета Мюнхгаузена (анонимно, но знающим людям было хорошо известно, кто их автор) фигурируют в книге «Der Sonderling» графа Рокса Фридриха Линара (1761). В 1781 г. собрание таких сюжетов (16 сюжетов, включая сюжеты из Линара, также некоторые «бродячие» сюжеты) было опубликовано в берлинском альманахе «Путеводитель для веселых людей», с указанием, что они принадлежат известному своим остроумием г-ну М-г-з-ну, живущему в Г-ре (Ганновере); в 1783 гг. в том же альманахе вышло еще две истории в этом роде (неясно, играл ли сам барон роль в их опубликовании). Однако публикация книги Распе, или, точнее, ее немецкого варианта Бюргера, вышедшего в 1786 г. под боком у барона, в Геттингене, привела барона в ярость из-за того, что герой был снабжен его полным именем. Барон счел свое имя обесчещенным и собирался подать на Бюргера в суд (по другим сведениям подал, но получил отказ на том основании, что книга — перевод английского анонимного издания). Вдобавок труд Распе-Бюргера сразу приобрел такую популярность, что в Боденвердер стали стекаться зеваки — поглядеть на «барона-лжеца», и Мюнхгаузену пришлось ставить вокруг дома слуг, чтобы отгонять любопытных.
Когда книга получила известность, то именем Мюнхаузена стали называть людей, постоянно лгущих и приписывающих себе те качества, которых у них нет.

Взять перечитать или почитать своим детям «Приключения барона Мюнхаузена» можно в отделе художественной литературы(311ауд. корп.А)

Вчера, 3 мая, исполнилось 100 лет со дня рождения поэтессы Ольги Фёдоровны Берггольц.
Это было в далекие двадцатые годы прошлого века. На заседание ленинградского Союза поэтов пришла скромная девочка-школьница с длинными золотистыми косами. Жила она тогда в деревянном доме на рабочей окраине, где отец работал заводским врачом. В поэтической гостиной особняка возле Невского проспекта, среди взрослых литераторов, девочка совсем растерялась. Ее внимание привлёк рояль, чехол которого был расписан автографами знаменитых поэтов. Удивило, что фамилии вышиты разноцветными нитками. Среди них была даже подпись: Ал. Блок. У этого рояля, пересилив страх, девочка прочитала свои стихи «Каменная утка».
«Я каменная утка,
Я каменная дудка,
Я песни простые пою.
Ко рту прислони,
Тихонько дыхни,
И песню услышишь мою…»
Ольга Берггольц родилась в Петербурге.  Росла и училась в трудовой школе, которую окончила в 1926 году.
Первое стихотворение поэтессы «Пионерам» было напечатано в газете «Ленинские искры» в 1925 году, первый рассказ «Заколдованная тропинка» — в журнале «Красный галстук».
Окончив в 1930 году филологический факультет Ленинградского университета, уезжает в Казахстан, работая корреспондентом газеты «Советская степь», о чём рассказала в книге «Глубинка» (1932). Вернувшись в Ленинград, работала редактором в газете завода «Электросила». В 1933—1935 выходят книги: очерки «Годы штурма», сборник рассказов «Ночь в Новом мире», сборник «Стихотворения», с которых начинается поэтическая известность Берггольц.
13 декабря 1938 была арестована по обвинению «в связи с врагами народа», в заключении после побоев разрешилась мертворожденным ребенком (обе её дочери умерли прежде). В декабре 1939 года она писала в своем тщательно скрываемом дневнике: «Ощущение тюрьмы сейчас, после пяти месяцев воли, возникает во мне острее, чем в первое время после освобождения. Не только реально чувствую, обоняю этот тяжелый запах коридора из тюрьмы в Большой Дом, запах рыбы, сырости, лука, стук шагов по лестнице, но и то смешанное состояние… обречённости, безвыходности, с которыми шла на допросы… Вынули душу, копались в ней вонючими пальцами, плевали в нее, гадили, потом сунули ее обратно и говорят: «живи». 3 июля 1939 освобождена и полностью реабилитирована.
В годы Великой Отечественной войны, оставаясь в осажденном Ленинграде, работала на радио, почти ежедневно обращаясь к мужеству жителей города. В.К.Кетлинская, руководившая в 1941 Ленинградским отделением Союза писателей, вспоминала, как в первые дни войны к ней пришла Ольга Берггольц, Оленька, как ее все тогда называли, видом – ещё очень юное, чистое, доверчивое существо, с сияющими глазами, «обаятельный сплав женственности и размашистости, острого ума и ребячьей наивности», но теперь – взволнованная, собранная. Спросила, где и чем она может быть полезна.» Кетлинская направила Ольгу Берггольц в распоряжение литературно-драматической редакции ленинградского радио. Спустя самое недолгое время тихий голос Ольги Берггольц стал голосом долгожданного друга в застывших и тёмных блокадных ленинградских домах, стал голосом самого Ленинграда. Это превращение показалось едва ли не чудом: из автора мало кому известных детских книжек и стихов, Ольга Берггольц в одночасье вдруг стала поэтом, олицетворяющим стойкость Ленинграда. Там, в блокадном Ленинграде, умер от голода её второй муж, литературовед Н. Молчанов.
В это время Берггольц создала свои лучшие поэмы, посвящённые защитникам Ленинграда: «Февральский дневник» (1942), «Ленинградскую поэму». После войны на гранитной стеле Пискарёвского мемориального кладбища, где покоятся 470.000 ленинградцев, умерших во время Ленинградской блокады и в боях при защите города, были высечены именно ее слова:
Здесь лежат ленинградцы.
Здесь горожане – мужчины, женщины, дети.
Рядом с ними солдаты-красноармейцы.
Всею жизнью своею
Они защищали тебя, Ленинград,
Колыбель революции.
Их имён благородных мы здесь перечислить не сможем,
Так их много под вечной охраной гранита.
Но знай, внимающий этим камням:
Никто не забыт и ничто не забыто.
После войны выходит её книга «Говорит Ленинград» о работе на радио во время войны.  В 1952 году — цикл стихов о Сталинграде. После командировки в освобожденный Севастополь создала трагедию «Верность» (1954). Новой ступенью в творчестве Берггольц явилась прозаическая книга «Дневные звёзды» (1959), позволяющая понять и почувствовать «биографию века», судьбу поколения.
В 1960-е вышли её поэтические сборники: «Узел», «Испытание», в 1970-е — «Верность», «Память».
Умерла Ольга Берггольц в Ленинграде 13 ноября 1975 года.
Именем Ольги Берггольц названа улица в Невском районе Санкт-Петербурга. На улице Рубинштейна, 7, где она жила, открыта мемориальная доска. Ещё один бронзовый барельеф её памяти установлен при входе в Дом радио. А сама она похоронена на Литераторских мостках Волковского кладбища.
(подготовлено по материалам Википедии)

Взять почитать об Ольге Берггольц можно:
Гальперин Ю. М. Дорисовывая портреты , 1991 (АКФ, АХЛ)
Демидова А. С. В глубине зеркал , 2008 (НАБ)
А в отделе художественной литературы можно взять почитать её Собрание сочинений в 3х томах и сборник Избранных произведений

И закончить хочется стихотворением,  которым сама Ольга Фёдоровна часто заканчивала свои сборники
Ответ
А я вам говорю, что нет
напрасно прожитых лет,
ненужно пройденных путей,
впустую слышанных вестей.
Нет невоспринятых миров,
нет мнимо розданных даров,
любви напрасной тоже нет,
любви обманутой, больной, —
ее нетленно-чистый свет
всегда во мне,
всегда со мной.
И никогда не поздно снова
начать всю жизнь,
начать весь путь,
и так, чтоб в прошлом бы — ни слова,
ни стона бы не зачеркнуть.

«Придет день, когда настоящее станет прошедшим, когда будут говорить о великом времени и безымянных героях, творивших историю. Я хотел бы, чтобы все знали, что не было безымянных героев, а были люди, которые имели свое имя, свой облик, свои чаяния и надежды, и поэтому муки самого незаметного из них были не меньше, чем муки того, чье имя войдет в историю. Пусть же эти люди будут всегда близки вам как друзья, как родные, как вы сами!»
Юлиус Фучик

Один из наиболее выдающихся полководцев мировой истории родился 21 декабря 1896 года в Великих Луках в семье железнодорожного машиниста Ксаверия (Константина) Войцеха Рокоссовского. Учился в престижном католическом училище до тех пор, пока в 1911 году не умерла мать, а в 1914 году не погиб в катастрофе отец. С учебой пришлось закончить и пойти работать на чулочную фабрику, потом в каменоломню. В армию он попал необычно. За три года до призывного возраста юношу добровольцем сразу приняли в выдвигающийся на фронт 5-й Каргопольский драгунский полк. Летом 1914 года, когда все полки были полностью укомплектованы кадровыми бойцами, это трудно представить. Да еще в полк, идущий на передовую. Своим ростом, статью, прекрасной выездкой и стрельбой юноша поразил видавших виды кавалеристов. Первый же его подвиг тоже не менее поразителен. В разведывательном разъезде он неожиданно для товарищей переодевается в гражданское платье, пробирается в самую гущу врага и добывает так необходимые сведения. Наградой стал первый Георгиевский крест. И это в 18 лет. Революцию, как большинство нижних чинов, Рокоссовский встретил с восторгом и сознательно примкнул к большевикам. Он продолжает блестящую военную карьеру. Командует 15-й кавалерийской дивизией. Делает ее лучшей в округе, за что и получает орден Ленина. Но 5 июня 1937 года на стол наркома Ворошилова ложится письмо из Забайкалья, донос на Рокоссовского. Он подозревается в связях с контрреволюционными элементам. Ожидая решения суда, Рокоссовский тридцать месяцев проведет за решеткой в Крестах. В марте 1940 года полностью реабилитированный Рокоссовский вновь принимает 5-й кавалерийский корпус. 22 июня 1941 года Рокоссовский вопреки всем правилам, приказам и директивам, на свой страх и риск, вскрывает центральные склады Наркомата обороны и полностью доукомплектовывает корпус всем необходимым. К тому же конфискует весь гарнизонный автомобильный парк. За это можно было лишиться головы, но корпус встретил врага во всеоружии. Рокоссовский из засады расстрелял в упор артиллерией наступающих немцев. Победителей не судят, и начальство простило Рокоссовскому самоуправство. В начале августа он уже генерал-лейтенант и получает в командование 16-ю армию, с которой потом прославит свое имя. Новая армия займет то самое Волоколамское направление, на котором решится судьба столицы России. Приняв командование армией, Рокоссовский первый, несмотря на строжайшие запреты, выдвинул тогда еще сверхсекретные «Катюши» фактически на прямую наводку и их огнем обеспечил успех всей операции. Из Москвы его бросили в самое пекло смоленского сражения, да еще с приказом сформировать из всего, что встречалось на дорогах от Москвы до Ярцево, а значит, почти из ничего, особую боевую группу и остановить врага. Реально в свое распоряжение Рокоссовский получил две полуторки со счетверенными пулеметами, радиостанцию и несколько офицеров для будущего штаба группы. Но в этих невероятных условиях группу он создал, и быстро превратил ее из нескольких разношерстных дивизий в настоящую боевую единицу, которая остановила немцев. Далее до конца войны он будет участвовать во всех самых важных сражениях Великой Отечественной войны. После Сталинграда Рокоссовский получит один из первых орденов Суворова первой степени, звание генерал-полковника и отправится на Центральный фронт – на Курскую дугу. Летняя кампания 1944 года станет вершиной полководческого взлета Рокоссовского. О его знаменитом нестандартном решении нанести одновременно не один, а два главных удара в операции «Багратион» сказано достаточно, но это как раз также признак особого Богом данного врожденного таланта. Будут еще славные дела в Польше, Восточной Пруссии, Померании, Берлинская операция и встреча с союзниками на берегах немецкой Балтики, но именно после Белоруссии он стал одним из трех первых полководцев Красной Армии в Великой Отечественной войне. Именно в 1944 году он стал Маршалом Советского Союза и Героем Советского Союза. Великую Отечественную войну Рокоссовский по праву закончил одним из трех главных полководцев страны. Командовал самым важным парадом в жизни нашей армии— парадом Победы 1945 года.В первые послевоенные месяцы вернулся в Польшу главнокомандующим Северной группой советских войск. В октябре 1949 по просьбе польского правительства, Рокоссовский становится министром национальной обороны и заместителем председателя Совета Министров ПНР. Ему присваивается звание «маршал Польши». Через семь лет Н.С.Хрущев вернул маршала в страну, назначил его заместителем министра обороны СССР. Но в 1962 г. его сняли с должности, после отказа написать статью против И. В. Сталина. Близкие к Рокоссовскому люди объясняют упомянутый выше отказ убеждением полководца в том, что армия не должна участвовать в политике. За день до своей смерти Рокоссовский подписал в набор воспоминания «Солдатский долг».
Дважды Герой Советского Союза, кавалер ордена «Победа», семи орденов Ленина, шести орденов Боевого Красного Знамени, орденов Суворова и Кутузова первой степени, польского ордена Виртути Милитари» 1 класса со звездой и Крестом Грюнвальда, французского ордена Почетного легиона с Военным крестом, английского Рыцарского Командорского Креста ордена Бани, Константин Константинович Рокоссовский ушел из жизни на 74 году 3 августа 1968. Прах его упокоился на Красной площади в Кремлевской стене.
Автор: Екатерина Яркова

Взять почитать о легендарном маршале можно – книги:
Гудериан Г. Воспоминания солдата.- 2004 (Наб)
Рокоссовский К.К. Солдатский долг.- 1968 (Опер)
Тюленев И.В. Через три войны.- 1972 (Опер)
Фортунатов В.В. Новейшая история России в лицах. 1917-2008.- 2009 (Наб)
См. так же в воспоминаниях Ворошилова, Жукова, Черчилля.
Так же, на нашем сайте, в интернет проекте «Праздник победы», в разделе «Книги и сайты» можно познакомиться с книгой Дайнес В.О. Рокоссовский : гений маневра.- 2008 (НАБ)

Каждая девочка мечтает быть Принцессой. Если повезет, можно родиться в венценосной семье и… всю себя подмять под королевский этикет! А можно нафантазировать корону на голове, правда, для этого нужно обладать талантом сочинителя. Как Франсуаза Саган.

Жила-была принцесса. Да-да, самая настоящая. Корону она, правда, не носила, но это просто потому, что в 30-40-е годы XX века сей аксессуар был уже не в моде даже во Франции, где любят все красивое и блестящее. Война всё-таки…

Где-то там, далеко. Малышка Франсуаза, к счастью, ничего про неё не знала. Сладко ела, мягко спала, ни в чем отказа не знала. Папа – успешный промышленник Пьер Куарэ – и мама – светская красавица – так и звали ее – Наша Принцесса. Учиться отдали, как и положено, в элитный католический пансион. Строгие наставницы-монахини пытались объяснить мадмуазель Куарэ, что кроме «хочу» есть «должна», а кроме сказок о принцах и их возлюбленных нужно штудировать Библию (чтобы запомнить, как правильно жить) и Мольера (чтобы знать, как поступать грешно). Франсуаза не перечила, не жаловалась папочке, но когда бюст Мольера оказался повешенным под потолком классной комнаты, почему-то ни у кого и тени сомнений не возникло, кто «казнил» классика французской литературы.Выпускной экзамен Франсуаза не сдала, да и не стремилась, зубрёжка – слишком скучное занятие, а отчитываться перед престарелыми дамами в дурно пошитых костюмах – унизительно. Они ведь даже не слышали о Камю, Прусте, Сартре, Элюаре, перед которыми она преклонялась. Однако вопрос – кем быть? – никто не отменял. «Девочка любит читать, пусть поступает на филологический факультет Сорбонны!» – решили папа с мамой.
Девочка тем временем давно уже писала. А написав, отправилась прямиком в самое известное в Париже издательство – у нее не было ни тени сомнения, что она несет под мышкой отпечатанный на машинке шедевр. Ведь на обложке красовалась фамилия, которая подходила ей больше, чем отцовская – Франсуаза Саган (от герцогини Саганской в одном из романов ее обожаемого Пруста). Далее шло название – «Здравствуй, грусть!». Ничегошеньки мадмуазель Куарэ не знала о ситуации на книжном рынке 1954 года, не имела ни малейшего представления о грусти и печали. Какой был бы удар для нежной души папочкиной дочки, если бы её девичий опус был отправлен в мусорную корзину! Спустилась бы она с волшебных облачков на бренную землю, получила бы строгий выговор от потерявшего терпение отца и пошла бы во французскую школу учить детей уважать месье Мольера…
«Здравствуй, грусть!»
К счастью не только для Франсуазы, но и для всей мировой литературы, видавший виды издатель Жюйяр был шокирован до глубины души. Такого он еще никогда не читал. Такого еще просто никогда не писали щуплые, длинноносые, ни разу не целовавшиеся 19-летние девчонки! Без налета снобизма или хвастовства книга рассказывала строгой католичке – мадам Франции, как хорошо жить на свете, если ты молода и богата. Хорошо загорать на солнышке на берегу Средиземного моря. Хорошо лететь в шикарном автомобиле со скоростью двести километров в час. Хорошо лежать в объятиях красивого мужчины. Хорошо довести человека, который мешает тебе всем этим заниматься, до гибели.Роман «Здравствуй, грусть!» принес автору всемирную славу, прозвище «очаровательного маленького чудовища» и кучу денег, которые были «чудовищу» совершенно не нужны. Новоиспеченная знаменитость отнесла гонорар в казино, поставила на кон все деньги сразу и… выиграла. Теперь ее состояние исчислялось миллионами, и дорогой «папА» потерял над своей Принцессой всякую власть.
Первый делом Франсуаза ударилась в безудержный шопинг – купила норковое манто, шикарный «ягуар», яхту и виллу на Лазурном берегу. Хотя зачем, собственно? Все это добро у неё и так было. Кроме гоночного авто, которое она разбила вдребезги, рухнув под откос. Как не разбилась насмерть сама, повторив судьбу героини своего же романа, остается загадкой. «Наверное, была слишком молода и некрасива, чтобы умирать», – иронизировала она позже.Пережив клиническую смерть, Франсуаза не пересмотрела своих приоритетов. Она по-прежнему стремилась окружать себя беззаботными людьми и красивыми вещами. Улыбка не должна была гаснуть на её лице, даже если с годами в глазах все ярче светилась грусть. Если к Франсуазе Куарэ никто и никогда не приходил в гости, то дом Франсуазы Саган всегда был полон. Она была слишком умна, чтоб не понимать, что смазливых актеров влекут вовсе не её сомнительные прелести. Сколь они ни глуповаты, читать-то умеют, а все газеты Франции трубили о том, что впервые Голливуд купил права на постановку книги французского автора. Золотой дождь не прекращал падать на Саган, а она судорожно пыталась избавиться от денег, перепробовала все – алкоголь, наркотики, ночные клубы, азартные игры, скачки и, наконец, призналась сама себе, что без папочки ей не справиться. Кто-то же должен был взять ответственность за поведение разбушевавшейся Принцессы, правившей её душой!
«Ангел-хранитель»
Ги Шелер был поистине королем издательского дела – чем не пара Принцессе французской литературы? К тому же вполне подходил на роль «папочки» – на двадцать лет старше Франсуазы. Он предложил, она согласилась. На свадьбу слетелось две сотни папарацци. Если у молодых и имелись романтические иллюзии по поводу совместной жизни, то общественность жаждала пикантных подробностей скорого развода. Шелеру действительно не удалось стать вторым отцом «маленького чудовища». Тщетно он пытался оградить её от опасностей взрослой жизни. Словно бабочку к огню, Франсуазу тянуло в злачные заведения ночного Парижа. Проболтать вечер напролет с великим Сартром, протанцевать пол ночи, выкурить блок сигарет, запивая виски – легко! А вот встать потом с первыми лучами солнца, чтобы отправиться с мужем на конную прогулку – это увольте! Жить по режиму, не пить, не курить, заниматься спортом, работать на благо семьи – полезно для здоровья и правильно для души? Да так со скуки помереть недолго! В компании таких же, как она, молодых и не очень литераторов, журналистов, художников – Франсуаза высмеивала людей именно такого типа, каким был её супруг. Каково же ей было возвращаться домой, если ей претило сами понятия «семья», «супружеский долг»? Она вся в поисках себя, а он сидит и преспокойно читает газету! Боже, какая пошлость! Франсуаза хватает любимую собачку Юкки и хлопает дверью.Предложения руки и сердца Саган получала неоднократно, пригреть мятежную душу мечтал и её многолетний друг и любовник, журналист Бернар Франк. Но, как бы весело им ни было вместе, на роль ангела-хранителя он тоже не тянул – слишком ревнив и авторитарен.Казалось, она больше никогда не свяжет себя семейными узами. Однако даже Саган оказалась не настолько эмансипирована, чтобы родить ребенка вне брака. Новоиспеченный папаша особыми достоинствами не блистал, разве что высок да голубоглаз. Боб Вестхоф был типичным американцем с ранчо, эдакий ковбой в лавке Фаберже. Служил в ВВС США, снялся в третьесортной мелодраме, во Францию приехал, чтобы «заняться скульптурой» – под этими словами следовало понимать – работать моделью. И – надо же, как повезло – стал очередным супругом самой знаменитой писательницы Европы. Им совершенно не о чем было говорить. Сыном Дени занимались няни и гувернантки. Саган занималась собой. Боб усердно являлся к обеду вовремя. Разумеется, вскоре они развелись. Если и был у Франсуазы ангел-хранитель, то, похоже, он был занят исключительно тем, что берег её от судьбы примерной супруги.
«И переполнилась чаша»
За свою творческую жизнь Саган написала 22 романа о любви, сама же последние годы жила в одиночестве, в окружении лишь верных собак. Её творчество изучали в школах наравне с Мольером и Сартром, а что она написала в 90-е годы? Миллионные тиражи, хвалебные рецензии, литературные премии остались в прошлом. Из Королевы французской литературы Франсуаза превратилась в персонаж «желтой прессы». То она задержана за хранение и употребление наркотиков, то получила срок за неуплату налогов, то вызвана в суд за попытку плагиата. Журналисты без устали муссировали слух о том, что, перебрав всех достойных мужчин в стране, Саган добралась до самого Президента, чтобы выпутываться из своих темных историй. А с кем, собственно, водиться Принцессе, как не с первым лицом государства? Миттеран действительно не раз помогал этой прожигательнице жизни избежать наказания за содеянное. Но что на самом деле связывало Франсуазу и Франсуа, никто не знал – должна быть в женщине какая-то загадка. Итак, её жизнь была для всех как раскрытая книга! Усталость от шумихи вокруг собственного громкого имени с годами накапливалась, а вот финансы быстро таяли. Даже игра в казино уже не приносила прежнего удовольствия, и Фортуна изменила Саган. Злые языки шутили, что в доме писательницы, давно не получавшей гонораров и не выигрывавшей в карты, ворам и поживиться-то нечем, кроме собрания её сочинений!
24 сентября 2004 года все французские телеканалы прервали эфир, чтобы сообщить, что в возрасте 69 лет от легочной эмболии умерла Франсуаза Саган. Неожиданно для всех выяснилось, что она давно уже болела, год назад даже перенесла кому. Вдруг оказалось, что она не «та, что попалась с кокаином» или «эта, которая забыла уплатить стране миллионы франков», а великая писательница, которая подарила Франции и миру бессмертные книги о вечной любви…

Её похоронили в семейном склепе, как и положено Принцессе. В последний путь её проводили Наследник – сын Денни Вестхофф – и Возлюбленный – Бернар Франк, которому так и не суждено было стать ее Принцем…

Автор: Ольга Бунина
Взять почитать книги Саган можно в отделе художественной литературы 311 ауд. корп.А

3 апреля исполнилось 256 лет со дня рождения Фонвизна Дениса Ивановича и 90 со дня рождения Нагибина Юрия Марковича.
А вчера, 5 апреля, исполнилось, так же, 90 лет со дня рождения Артура Хейли.

Фонвизин Денис Иванович. Русский писатель, драматург, публицист Екатерининской эпохи. Родиля в 1745, в Москве. Происходил из лифляндского рыцарского рода, выехавшего в Москву еще в XVI в. и совершенно обрусевшего. В 1761 он поместил в журнале Хераскова «Полезное Увеселение», переводную статью «Правосудный Юпитер» и отдельно напечатал перевод басен Гольберга. В 1756 – 1759 играл в любительском университетском театре.  В 1764 была представлена первая комедия Фонвизина «Корион». В 1768 был написан «Бригадир», который произвел сильнейшее впечатление на тогдашнюю публику: Фонвизина сравнивали с Мольером, а комедия его не сходила со сцены. В 1775 избран членом Вольного российского собрания при Московском университете. 14 мая 1783 на сцене московского театра Медокса состоялась премьера комедии «Недоросль», имевшая большой успех.  После публикации в 1783 ряда сатирических произведений, попытки Фонвизина опубликовать что-либо пресекались самой Екатериной II. В последние годы жизни литературная деятельность Фонвизина почти прекратилась. Умер Фонвизин  1 декабря 1792 в Петербурге. Похоронен в Александро-Невской лавре.
Нагибин Юрий Маркович – прозаик, журналист. Родился в Москве.  В 1940 был напечатан его первый рассказ. А в 1941 он ушел на фронт.  Знание немецкого языка решило его судьбу – он был направлен в  отдел контрпропаганды Волховского фронта, где пришлось не только выполнять свои прямые обязанности, но и воевать с оружием в руках. Все впечатления и наблюдения фронтовой жизни позже вошли в его военные рассказы. В ноябре 1942 был контужен, вернулся в Москву и до конца войны работал в газете «Труд».
После окончания войны занимался журналистикой, но не оставляя работы над прозой. Большинство рассказов Нагибина, объединенные общей темой, «сквозными» героями и образом повествующего, складываются в циклы – военный, «охотничий», историко-биографический, цикл путевых рассказов. Долгие годы автор рассматривался преимущественно как новеллист, стремящийся «сказать в малом о большом». Успех  книг Нагибина  объясняется волнующей лирической исповедальностью, естественной искренностью интонаций, легкостью и ясностью слога, богатой метафоричностью, оригинальной ритмической структурой повествования с обязательным финальным аккордом, в котором давалась морально-этическая оценка рассказанной истории.
Много сил Нагибин отдал кино, написав сценарии таких известных фильмов, как «Председатель», «Директор», «Красная палатка», «Чайковский», «Ночной гость», трилогия «Гардемаринов», «Дерсу Узала»и др. Работая и для телевидения, сделал ряд передач о жизни и творчестве Лермонтова, Аксакова, И.Анненскою, А.Голубкиной.
Умер в Москве 17 апреля 1994.

Артур Хейли – всемирно известный британо-американский писатель, который не только создал жанр производственного романа, но и поднял его на недосягаемую высоту. Сумев пробиться на американский рынок, он стал одним из немногих писателей, чьи книги моментально раскупались, не нуждаясь в дополнительной рекламе.
Однажды, находясь на борту самолета, совершавшего рейс Ванкувер – Торонто, Хейли задумался – а что было бы, если бы оба пилота одновременно почувствовали себя плохо? Пьеса получила название «Взлетная полоса 08″. CBS поставила ее на ТВ, и телеспектакль «Полет прямиком в опасность» получил неимоверный успех. Успех этой пьесы подстегнул карьеру Хэйли-драматурга, и постановки по его произведениям стали хитами. Позже по пьесе «Взлетная полоса 08″ был снят полнометражный фильм «Час ноль». Его первая книга «Окончательный диагноз» была издана в 1959 году.
Буквально с первых шагов в романистике Хейли удалось найти слагаемые своего успеха. Это скрупулезная детализация, многоплановость изображения, закрученная интрига и постановка перед читателем социальных вопросов.  Но читателей в книгах Хейли привлекали не столько социальные вопросы, сколько доскональное знание объекта изображения. Точно рассчитав композицию очередного романа и умело манипулируя сюжетными нитями, Хейли в каждой книге лишний раз доказывал свое мастерство, балансируя на тонкой грани между захватывающей историей и техническим руководством.
Сам Хейли не считал себя «серьезным» писателем – он часто говорил в интервью, что наиболее точное определение, подходящее к нему как к человеку, занимающемся литературным трудом, – «сочинитель».  11 романов знаменитого англо-канадца навсегда останутся любимыми произведениями для любителей хорошей прозы, а для писателей – примером того, как можно интересно писать на «неинтересные» темы. Умер Хейли 24 ноября 2004г.

Книги с произведениями этих писателей можно взять почитать  на абонементе художественной литературы 311 ауд. корп. А